Цель 15. Защита и восстановление экосистем суши и содействие их рациональному использованию, рациональное лесопользование, борьба с опустыниванием, прекращение и обращение вспять процесса деградации земель и прекращение процесса утраты Биоразнообразия.
Положительные достижения и тренды с начала 2016 года
Природно-ресурсный потенциал России - запасы пресных вод, лесов, нетронутые экосистемы с 20 % эндемичных видов – имеет глобальное значение. В стране более 2,5 млн рек и 2 млн озер, поверхность которых превышает 350 тыс. кв. км. Традиционной и эффективной формой сохранения биоразнообразия является система ООПТ – их в России около 12 тыс. общей площадью 241,2 млн. га, и число их регулярно растет. Лесопокрытая площадь на землях всех категорий составляет 890 млн. га. включая 22% малонарушенных лесов - эталонов видового и экосистемного разнообразия.. Их планируется сохранять в качестве Национального наследия. Основные вызовы лесным экосистемам - пожары, болезни леса, незаконные рубки. Совершенствование лесных отношений реализуется в России в соответствии с принятыми в 2013 г. Основами государственной лесной политики. Значительную роль в ней играют предприятия-арендаторы: площади сертифицированных лесов в их аренде превысили 48 млн га. Приняты изменения в законодательство, направленные на создание системы учета древесины, на защиту лесов от вредителей и болезней, борьбу с пожарами, создание лесопарковых зеленых поясов, использование недревесных ресурсов и экосистемных услуг по группам функций: продукционные, средообразующие, информационные. Также выделены комплексные рекреационные услуги. Оценка экосистемных услуг сухопутных ландшафтов России может составлять 28-240 долл. на 1 га в год.
В качестве мер по рациональному использованию земельных ресурсов проводятся работы по рекультивации деградированных земель, в том числе в рамках Стратегии экологической безопасности на период до 2025 года. К ним отнесены ликвидация накопленного вреда, предотвращение деградации земель, минимизация рисков техногенных аварий, реабилитация территорий, восстановление популяций животных и растений. Важными документами в части сохранения биоразнообразия являются Стратегия сохранения редких видов до 2030 года и План мероприятий по ее реализации. Регионами России разрабатываются Схемы размещения, использования и охраны охотничьих угодий, предполагающие инвентаризацию угодий, оценку их емкости и правила охраны. В законодательстве предусмотрены жесткие наказания за незаконную добычу и продажу редких животных и дериватов.
Большое внимание уделяется изучению биологических инвазий - одной из главных угроз биоразнообразию, особенно в регионах с его высоким разнообразием. К ним стоит отнести горные леса Кавказа, животный мир Прибайкалья, флору и фауну уссурийской тайги. Специального внимания требуют городские леса и зеленые зоны, где инвазивные виды вызывают деградацию местных сообществ. Россия выполняет международные обязательства по контролю чужеродных видов в рамках Конвенции 1992 г. Ведутся научные исследования, создан перечень ТОП-100 самых опасных инвазий, разработаны ГИС-технологии их мониторинга. База данных «Чужеродные виды на территории России» включена в основные международные базы. В ряде регионов реализуются программы контроля самого известного инвазивного вида – борщевика Сосновского.
В то же время, начиная с 2000 года, с роспуском Госкомэкологии и Рослесхоза положительных достижений в рамках этой цели было мало, несмотря на множество попыток. Усилия общества по сохранению достижений 1990-х в сфере нормотворчества и развития институтов если и воспринимались властями, итоговые решения искажали замысел, либо вели к обратным результатам. Так случилось с попытками улучшить ситуацию в использовании природных ресурсов в 2006-2008 годах путем пересмотра базовых кодексов – Градостроительного, Земельного, Лесного, Водного. Передача полномочий по управлению федеральными ресурсами в регионы (лес, животный мир) и муниципалитеты (с\х земли) с сохранением за центром прав на распределение ресурсной ренты привела к укреплению коррупционных схем, апатии надзорных органов, усиленному хозяйственному прессу на ценные природные комплексы и сокращению биоразнообразия. 2. Ключевые проблемы ЦУР, которые нужно решить до 2030 года, и барьеры на пути к ее достижению
Как отмечается в «Стратегии экологической безопасности РФ до 2025 г.», утвержденной в 2017 г, «Состояние окружающей среды на территории России… оценивается как неблагополучное. Сохраняются угрозы экологической безопасности несмотря на принимаемые меры по снижению воздействия на окружающую среду, предотвращению чрезвычайных ситуаций. Окружающая среда в городах, где проживает 74 процента населения страны, подвергается существенному негативному воздействию».
Неоднозначно закончились попытки Правительства развить переработку древесины путем повышения экспортных пошлин на круглый лес и создания приоритетных инвестпроектов. Объемы переработки несколько повысились, но большинство проектов получило льготы по аренде в защитных и малонарушенных лесах, где они вели разорительные рубки под видом ухода. Вместо переработки круглый лес продолжали вывозить в Китай. С повышением пошлин страна потеряла ряд рынков, а в самих лесах массовые нарушения правил стали провоцировать пожары, масштабы которых статистика старается занижать (по данным Гринпис – в 2-6 раз). Санитарные препоны на российско-китайской границе в начале 2020 года ставят некоторые компании на грань банкротства.
Попытки активизировать использование заброшенных сельскохозяйственных земель во избежание пожаров привели к тому, что на них либо пришли мигранты с неведомой генетикой и агрохимией, либо начались преследования землевладельцев, пытающихся использовать выросший лес – он оказался вне закона. И лишь в 2020 году начинается нормотворческая работа Правительства по вовлечению новых лесов в хозяйственный оборот. Попытки оптимизировать систему платежей за загрязнение среды в последние годы всегда приводили лишь к ослаблению допустимых порогов (повышению ПДВ и ПДК), что подробно описывает И.П.Блоков в книге «Окружающая среда и ее охрана в России» (Гринпис, 2018).
Следуя традиционному пониманию слова «развитие» как извлечение прибыли из эксплуатации природных ресурсов, Правительство в стратегических и нормативных документах ограничивается лишь декларациями о необходимости учета социально-экологических факторов при освоении территорий. На деле эти декларации не обеспечены экономическими и правовыми стимулами. Как отмечает член-корр. РАН В.И.Данилов-Данильян, «Неспособность властей России решать экологические проблемы проявилась при проведении Года экологии (2017), превращенного в пиар-мероприятие без ощутимых позитивных результатов. Ситуация требует радикальных изменений в системе управления охраной окружающей среды, в законодательстве, взаимодействиях власти с общественностью».
За 20 лет развития монополий при централизации капитала и истощении ресурсов индустриальный пресс на ООПТ России превратился в серьезную угрозу. А зависимость законодательных структур от лоббистов ресурсного бизнеса сделала ООПТ еще более беззащитными. Нехватка средств на кадастровый учет ООПТ ведет к раздаче участков в их границах под вырубку, застройку, добычу полезных ископаемых и элитную охоту. Таких примеров и судебных историй множество, причем суды обычно выигрывают богатые корпорации, претендующие на ценные ресурсы. Не менее опасные атаки проводит бизнес и на основы законодательства, защищающего ООПТ – список примеров может быть длинным.
В конце нулевых годов был принят закон о ТОРах на Дальнем Востоке с набором льготных режимов, распространенный позже на всю страну. ТОРы, утвержденные Правительством, с попавшими в них природными комплексами стали не только очагами концентрации инвестиций, но и островками экологической бесконтрольности. Управление на них отдано в руки компаний, заинтересованных лишь в извлечении прибыли. Местные бюджеты от их деятельности не получают ничего, прав контроля и надзора лишаются, зато имеют полный комплекс экологических проблем – загрязнение вод и атмосферы, истощение земель, лесов, недр и животного мира из-за нелегальной деятельности активно привлекаемых гастарбайтеров.
В июне 2011 года Госсовет РФ принял пакет из 35 экологических поручений Правительству Путина, Госдуме и регионам. Из них в указанные сроки и в полном объеме не было выполнено ни одно, а спустя годы – лишь несколько и частично. В конце 2019 года неэффективность работы МПР привела к созданию правительственной Комиссии по вопросам ООПТ под руководством К.Чуйченко, инициатора создания крупного национального парка «Бикин» в Приморье под эгидой Администрации президента и при активном участии экологических НКО. Это позволило усилить внимание властей к природоохранной тематике, но не погасило острых конфликтов между коренным населением и администрациями нацпарков.
Эффективным инструментом защиты экосистем суши и водных ресурсов является система санитарно-защитных и охранных зон вокруг промышленных объектов – добывающих и перерабатывающих. Как показано в книге И.П.Блокова, попытки Правительства заменить отмирающие ГОСТы ведомственными стандартами, техусловиями, техрегламентами привели к хаосу, усугубленному трансформацией контролирующих органов. Это приводит к ослаблению системы государственного контроля воздействий на природные комплексы. Одно из таких существенных воздействий – биологические инвазии, для контроля и борьбы с которыми не существует ни государственной стратегии, ни специального учреждения. Закон о карантине не предполагает борьбу с уже распространившимися видами. Усугубляет проблему то, что часто инвазивные растения, несущие угрозу природным экосистемам, не являются угрозой для сельского хозяйства.
Для реализации ЦУР-15 важна государственная система экологического просвещения и образования, охватывающая все население, включая ресурсные компании. В этом отношении делается немало, но в основном в рамках просветительской деятельности ООПТ, НКО, вузов и научных учреждений. Государство же сводит экопросвещение к очистке территорий от мусора, защите животных и посадке деревьев там, где они не нужны. Как при создании ООПТ, так и в развитии системы расширенной социальной ответственности ресурсных компаний государство лишь снисходительно принимает методики и наработки общественности.
Для реализации ЦУР 15 в РФ стоит обратить внимание на следующие проблемы. 2.1. – перекос в системе распределения ресурсной ренты в пользу монополий и в ущерб нуждам коренного населения. Это приводит к концентрации капиталов в Москве, вывозу природной ренты за рубеж с одновременным обнищанием территорий, прежде всего в Сибири и на ДВ. 2.2. – отсутствие эффективных инструментов влияния граждан на процесс выработки и принятия экологически и социально значимых решений 2.3. - негласная приоритезация роли Гражданского и Земельного кодексов над ресурсными законами (лесным, водным, о животном мире и недрах,) ведущая к расхищению и уничтожению ценных элементов экосистем в интересах корпораций, к экологическим катастрофам, обнищанию сел и деревень, растратам средств МЧС, замещению населения территорий мигрантами с чуждой культурой. 2.4. - отсутствие системы бассейнового планирования территорий. 2.5. - отказ коренным малочисленным народам в передаче им извечных земель в собственность, обрекающий общины и народы на вымирание и ассимиляцию с утратой древних культур и природных комплексов. 2.6. – формирование центров деловой и промышленной активности в крупных городах и ТОРах как иллюзия «развития» в виде накопления бюджетных, частных и человеческих капиталов за счет их отсасывания с пустеющих территорий. При фактической отмене экологического контроля на самих ТОРах такой контроль становится еще слабее и на прилегающих территориях, создавая добавочные угрозы.
3. Рекомендации государству от гражданского общества для реализации данной ЦУР
3.1. – Радикальный пересмотр Налогового и других соотнесенных Кодексов и законов с целью повышения уровня ресурсной ренты, направляемой местным жителям, муниципальным образованиям и в распоряжение региональных правительств. Минимум должен оставаться в распоряжении компаний и перечисляться в федеральный бюджет. 3.2. – Поправки в Земельный и Градостроительный Кодексы, обязывающие органы управления учитывать и отражать в кадастрах, других планировочных и правоустанавливающих документах ВСЕ природные ресурсы и ценности, имеющиеся на данной территории и отраженные в ведомственных системах учета. 3.3. - Водные и биологические ресурсы территорий в зонах традиционной хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов и местного населения должны быть обеспечены механизмом их передачи в безвозмездное и бессрочное пользование общинам или иным структурам местного уровня. 3.4. - Отмена льгот для резидентов ТОР, СПВ и приоритетных нацпроектов, несущих прямой ущерб интересам государства в особо крупных размерах. Разработка механизма использования ресурсной ренты, накопленной на счетах монополий и в Фонде национального благосостояния, в качестве инвестиционного возврата на территории изъятия ресурсов. 3.5. – Пересмотр нормативных документов госпрограммы «Отходы» с целью замены понятия «переработка и утилизация отходов», ведущего к утрате ценных вторичных ресурсов и загрязнению территорий, на понятие – «система раздельного сбора и оборота вторичных ресурсов». 3.6. - Создание законодательно обеспеченной системе экологического просвещения. 3.7. - Разработка государственной стратегии работы с биологическими инвазиями, включая борьбу с ними на ООПТ, активное освоение заброшенных земель, в том числе путем выращивания лесов
4. Как гражданское общество может помочь государству в достижении данной ЦУР
Граждане и НКО любого формата могут и уже пытаются помочь государству в реализации перечисленных ключевых задач, имеющих отношение к ЦУР 15. Широкий набор природоохранных действий экспертно-аналитического характера уже более 20 лет ведет самая активная в России Сосновская коалиция экологов и лидеров коренных народов Дальнего Востока и Сибири, в которую постепенно вошли представители всех ведущих природоохранных НКО страны, включая Гринпис, WWF, РСоЭС, ЦОДП. В багаже этого сообщества десятки обоснований для создания новых ООПТ, множество опасных проектов в сфере лесо-, недро- и водопользования, энергетики и рыболовства, оптимизированных путем воздействия на власть и бизнес, на международные финансовые институты, или полностью отвергнутых. Через свои возможности в экспертных советах и рабочих группах при Правительстве, Госдуме, ОНФ, МПР и в регионах экологи активно продвигают прогрессивные модели природопользования и охраны природы, проводят общественные экспертизы, а также инициируют судебные иски и протестные акции в наиболее острых ситуациях, создавая существенный противовес коммерческим интересам и амбициям ресурсных монополий.
Большинство членов коалиции также активно работают в международных структурах и организациях, принося в российскую практику самые передовые демократические образцы природопользования и защиты экологических интересов коренного населения. Но крупные коалиции, сообщества и отдельные региональные НКО, подобные Сосновке, РСоЭС, ЭВСК, Беллоне, Рекам без границ вряд ли были бы эффективны без существования сети более мелких, часто неформальных групп активистов на местах, из состава которых крупные сообщества постоянно пополняются и обновляются. Можно утверждать, что экологическая составляющая гражданского общества России, возникшая еще до капиталистического переворота и окрепшая в начале 1990-х благодаря мощной поддержке мирового природоохранного движения, остается самой влиятельной общественной силой, помогающей государству решать сложнейшие задачи устойчивого развития территорий.