По инициативе Департамента юстиции и Посольства США в России, при содействии Рослесхоза, Прокуратуры Хабаровского края и Приморской общественной организации БРОК в Хабаровске состоялась дальневосточная международная конференция по проблемам борьбы с нелегальными рубками и оборотом сомнительной древесины. Фактическим поводом для мероприятия стали принятые в США изменения к закону, известному по названием Акта Лэйси, который предполагает ответственность импортеров лесопродукции в США за ввоз в страну изделий из древесины, заготовленной с нарушением законодательства в странах происхождения. В конференции приняли участие представители органов управления лесным хозяйством и лесной промышленностью Дальнего Востока, лесной науки и общественных организаций, правоохранительных органов и ведущих лесопромышленных компаний.
Россия стала актуальной для американцев площадкой для дискуссии на эту тему вовсе не случайно. В последние годы главным импортером российского, и прежде всего дальневосточного леса стал Китай, а США – крупным потребителем готовой китайской продукции из российской древесины, в том числе имеющей сомнительное происхождение, и попросту краденой. При этом, понимая важность борьбы с лесным криминалом, которая за много лет не принесла никаких реальных плодов, лесные управленцы региона и России весьма скептически отнеслись к попыткам американцев вмешаться в эту больную для нас проблему.
При подготовке конференции не раз приходилось слышать высказывания в том смысле, что, мол, - ладно китайцы, мы и сами ищем с ними диалога и механизмов совместного контроля, но американцам-то что тут делать? Приходилось напоминать, что еще в ноябре 2005 года Россия рукою главы Рослесхоза Рощупкина вместе с доброй полусотней других стран подписала амбициозную Санкт-Петербургскую Декларацию и Индикативный План Действий в рамках инициативы Международного Союза охраны природы (МСОП) и Всемирного Банка по совершенствованию систем правоприменения и управления в лесном секторе Северной Евразии. Инициатива стала широко известна под аббревиатурой FLEG и предполагала широкой комплекс мер, которые правительства-подписанты обязывались принять для сохранения лесов и обеспечения цивилизованных моделей их использования и торговли.
Законопослушная Япония, исполняя свои обязательства по FLEG, уже в 2006 году первой приняла закон о так называемых «зеленых закупках» древесины для государственных нужд, требующий от поставщиков леса в страну специального подтверждения легальности его заготовки. Наивные, они ожидали, что добавочная бумажка-сертификат легальности, которую им тут же предложили дальневосточные экспортеры, станет достаточной гарантией для соблюдения закона. Хотя и представители ОО БРОК, и Амурского филиала WWF, выступая тогда перед японским деревообрабатывающим бомондом, пытались объяснить, что для России понятие легальности вообще мало что значит, поскольку любой чиновник легко выдаст любую бумажку за определенную мзду. Пытались объяснить, что в нашей стране критерии цивилизованного лесопользования иные, и их важно понять, если мы действительно хотим сохранять леса и помочь лесным общинам Дальнего Востока выжить в условиях краха сельского и промыслового хозяйства и безграничного спроса на древесину в Китае. Рассказывали, как придуманный в Приморье в конце 90-х транспортный сертификат на ценную древесину, содержащий сведения о месте, дате и объеме вырубки и сопровождающий партию леса до границы, сильно потеснивший криминальные заготовки, был тупо отменен прокуратурой из-за противоречия Гражданскому кодексу. Японцы вежливо кивали, глупых вопросов типа «Как можно жить по понятиям ?» не задавали и продолжали тихо доверять российским декларантам.
Работали над проблемой и американцы, что и стало в итоге основанием для изменений в Акт Лэйси, касающихся ввозимой в страну сомнительной лесопродукции. На языке специалистов в области ее международного оборота обсуждаемый круг проблем называется контролем цепочки поставок и предоставляет заинтересованным операторам рынка целый блок непростых, часто кажущихся неразрешимыми проблем. О них и говорили в своих презентациях заместитель Генерального прокурора США Роки Пиаджионе, представитель проекта ENPI-FLEG по линии Всемирного банка профессор Евгений Кузьмичев, координатор дальневосточной части этого же проекта по линии Международного Союза охраны природы (IUCN) Анатолий Лебедев, эксперт Амурского филиала Всемирного фонда дикой природы Брайан Милаковски и другие специалисты. Фактически единодушным было мнение о том, что действующая система лесоуправления и контроля в России не только не способствует преодолению нелегальных видов лесопользования, но часто их провоцирует. В том числе отсутствием четких правовых оценок явления, единой строгой системы учета объемов заготовки и экспорта, закрытостью статистической информации и неадекватностью механизмов инвентаризации лесфонда. Еще больше проблем встречает любой аналитик при попытке отследить путь перепродаж и переработки дальневосточного леса на территории Китая.
Тем не менее признано, что обязательства, взятые на себя всеми тремя странами в рамках процесса FLEG и Санкт-Петербургской Декларации 2005 года, должны выполняться, и органам государственного управления, силовым структурам и общественности следует активно продолжать поиск решений в охваченном круге проблем. Как сообщил на конференции заместитель руководителя Рослесхоза, координатор Российской программы FLEG Александр Панфилов, механизмы контроля движения древесины существуют, и уже применяются в разных странах и в России, прежде всего FSC-сертифицированными компаниями. Однако для внедрения их в нормальную практику необходимы и немалые средства, в том числе государственные, и политическая воля исполнительных органов власти, и активная работа законодателей по совершенствованию нормативной базы.
Незадолго до этой конференции общественная организация БРОК организовала для группы американских экспертов – лесников поездку в Красноармейский район Приморья для ознакомления с ситуацией в лесных сообществах на месте. Несмотря на праздничные майские дни, удалось познакомить их и с легальным лесным бизнесом в Рощино, большим и малым, и с крупной китайской лесопилкой в Незаметном, где вовсю легализуется путем распиловки краденая ценная древесина. Американские гости были в шоке от увиденного, особенно когда китайские рабочие разбегались с площадки в Незаметном, увидев чужую машину и иностранцев с фотокамерами. К слову, три года назад, когда эту же, недавно собранную пилораму снимали наши коллеги – телевизионщики из Германии, она выглядела очень скромно и убого, а важный чиновник в районной администрации утверждал, что они скоро выяснят, кто там хозяин и все закроют. Не закрыли – слишком это выгодно многим.
Особо было отмечено на конференции, что проблема нелегального лесопользования выходит далеко за рамки чисто лесного комплекса и законодательства. Это – общая проблема крайне неэффективного государственного управления в России в целом и в лесных регионах – в частности. При существующем уровне беспомощности государственных структур невозможно вернуть в правовое русло отлаженную и эффективную теневую лесную экономику, опирающуюся на тотальную коррупцию и ее двигатель – китайских операторов рынка, прочно обосновавшихся в приграничных регионах Дальнего Востока. Единственный выход из тупика – возврат к развитию сельского и охотничье-промыслового хозяйства на уровне малого, сельского бизнеса, возвращение вчерашнего крестьянина, а ныне лесного вора, на брошенную землю, возрождение ферм, таежных промыслов, кооперации и мелких перерабатывающих цехов. Это возможно только на основе сильной государственной стратегии местного развития и серьезных капиталовложений, защищенных от нецелевого использования региональными властями.